Топ-кейс недели от Вадима Бородкина, партнёра Orchards, для PROбанкротство.
ООО «Итал Проф» признано банкротом в августе 2021 года. Суд установил, что супруги Ирина и Николай Масловы (оба КДЛ) создали схему уклонения от уплаты налогов с помощью фиктивного документооборота. Это привело к доначислению недоимки, пеней и штрафа в общей сложности свыше 98 млн рублей. ООО «Агрохолдинг Дубовский» в феврале 2020 года погасило около 64,66 млн рублей долгов «Итал Проф», после чего его требование было включено в реестр требований кредиторов. После прекращения основного банкротного дела «Итал Проф» в июне 2025 года (требования реестровых кредиторов погашены) «Агрохолдинг Дубовский» как субординированный кредитор потребовал взыскать с Масловых солидарную субсидиарную ответственность. Масловы возражали: субординированный кредитор, по их мнению, не вправе взыскивать с КДЛ. Кассационный суд отклонил этот довод. Подробности — в материалах дела.
Значение этого спора, на наш взгляд, выходит далеко за рамки конкретного дела. Показательно, что в 2023 году в том же деле суды исходили из того, что субординированное требование в силу п. 11 ст. 61.11 закона о банкротстве не может повлиять на размер субсидиарной ответственности. Спустя три года суды трех инстанций пришли к противоположному результату, что отражает смену подхода, закрепленную Пленумом ВС РФ в конце 2025 года.
Долгое время в практике доминировала логика п. 13 Обзора судебной практики ВС РФ № 4 (2020): требование о привлечении к субсидиарной ответственности принадлежит независимым кредиторам, а значит, аффилированный с должником кредитор такой защиты лишен. Эта логика приводила к несправедливому результату в ситуации корпоративного конфликта, когда капитал должника разделен между разными группами лиц. Участник, не причастный к доведению общества до банкротства и пытавшийся спасти его своими средствами, оставался ни с чем, а виновная группа освобождалась от ответственности в соответствующей части.
Пункт 27 постановления Пленума № 41 и новая редакция п. 26(5) постановления Пленума № 53 устранили эту несправедливость. Схожую позицию СКЭС ВС РФ заняла в определении от 16.04.2026 № 306-ЭС23-23161(2) по делу № А06-10690/2022, на которое кредитор сослался в отзыве на кассационные жалобы. Субординированное требование включается в размер ответственности при соблюдении трех условий: кредитор не привлечен к субсидиарной ответственности, не является заинтересованным по отношению к привлекаемому лицу, а само привлекаемое лицо действовало независимо от кредитора. Рассмотренное дело демонстрирует, как эти условия доказываются на практике: ключевую роль сыграли ранее вынесенные судебные акты, которыми установлены непричастность группы кредитора к контролю над должником и раздельность двух групп участников.
Не менее важен второй вывод. Прекращение дела о банкротстве в связи с погашением реестра третьим лицом не равнозначно восстановлению платежеспособности должника. Если заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано до прекращения дела, а основания ответственности уже установлены, суд обязан завершить рассмотрение спора и определить размер ответственности. Иное позволяло бы контролирующим лицам уклоняться от ответственности перед субординированными кредиторами, организовав погашение реестра силами третьих лиц. Для практики из спора следует несколько рекомендаций. Субординированному кредитору, не связанному с виновной группой, целесообразно инициировать спор о субсидиарной ответственности в ходе процедуры, не дожидаясь ее окончания. Согласие такого кредитора на прекращение дела не означает отказа от требования к контролирующим лицам (п. 34 постановления Пленума № 41).