Комментарии Алексея Станкевича, партнёра Orchards, Петра Мацкевича, советника Orchards, и Александры Мурашовой, старшего юриста Orchards, для Закон.ру.
В прошлую пятницу Закон.ру и Orchards провели войсчат и обсудили практику экономической коллегии Верховного суда (ВС) за сентябрь. В повестке было два дела — банкротство Павла Дорофеева и дело о внебанкротной субсидиарной ответственности. Краткое содержание дискуссии — в этом материале.
Банкротство Павла Дорофеева (дело № А82-22452/2018)
В этом громком деле ВС подчеркнул, что процедуру банкротства гражданина нельзя продлевать бесконечно, если она утратила свою законную цель и используется отдельным кредитором для преследования должника. Суд обязан обеспечить разумные сроки рассмотрения дела, пресекать злоупотребление процессуальными правами и соблюдать баланс интересов должника и кредиторов.
Все спикеры во время войсчата поддержали стремление ВС сделать судебный процесс более быстрым и дисциплинированным, однако некоторые меры, которые озвучила коллегия, могут чрезмерно ограничить права сторон и свободу судебного усмотрения.
Так, советник Orchards Петр Мацкевич обратил внимание, что в качестве стандарта заблаговременного раскрытия доказательств ВС назвал одну календарную неделю до заседания. Если документы представлены позднее, суд может проверить, не было ли это злоупотреблением. А после перерыва ориентиром является второй рабочий день перед заседанием.
Неделя для заблаговременного раскрытия доказательств не может быть универсальным сроком для всех дел, считает Алексей Станкевич, партнер Orchards. Срок зависит от объема документов, сложности спора, необходимости экспертизы и возможности другой стороны подготовить возражения.
Вопросы спикеров вызвала и позиция ВС о том, что за несвоевременное представление доказательств суд может отказать в их приобщении. По мнению выступавших, такой подход может противоречить более ранним разъяснениям самого ВС о необходимости принимать доказательства, значимые для разрешения дела. Алексей Станкевич сказал, что нельзя жертвовать установлением фактических обстоятельств ради соблюдения сроков. Ведь отказ в приобщении важных доказательств может привести к неправильному судебному решению.
«Врать суду нельзя», подчеркнул Петр Мацкевич. То есть, умышленно сообщать заведомо ложные сведения об обстоятельствах дела, ссылаться на несуществующие нормы права и судебные разъяснения, приводить заведомо некорректные цитаты из законов и судебных актов. За подобные действия суд может назначить штраф.
Еще она проблема, которую затронул ВС в этом деле — поведение представителей. По мнению коллегии, суд может поставить вопрос о замене представителя, который систематически злоупотребляет процессуальными правами. Однако Петр Мацкевич считает, что законность и обоснованность такого подхода вызывает сомнения. Суд не должен принуждать сторону менять представителя, согласился Алексей Станкевич. Выбор юриста относится к свободе участника процесса и основан на договорных отношениях.
Александра Мурашова, старший юрист Orchards, отметила опасность превращения определения в универсальное правило. Судьи работают по-разному: одни устанавливают сроки раскрытия доказательств, другие — нет; различаются и сами сроки. Жесткие временные рамки могут ухудшить качество правосудия. Участники рискуют лишиться возможности представить необходимые доказательства или полноценно ответить на позицию оппонента. По мнению Александры, новые ориентиры не следует автоматически применять ко всем категориям дел. При этом особенно важно учитывать специфику банкротных споров, в которых затягивание процесса может быть системной проблемой.
Роман Сакулин vs Мария Антоневич (дело № А56-85521/2024)
В этом деле экономическая коллегия ВС отметила: если иск о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица предъявляет кредитор, аффилированный с участником общества, исключённого из ЕГРЮЛ, перераспределение бремени доказывания в пользу кредитора не применяется автоматически. Такой истец должен доказать обстоятельства, позволяющие усомниться в добросовестности ответчика и установить, что именно его действия или бездействие наиболее вероятно привели к невозможности погашения долга.
Александра Мурашова объяснила, в чем правовая проблема этого дела. Ранее в судебной практике сформировался подход, при котором истцу для привлечения контролирующего лица к ответственности было достаточно представить минимальный набор доказательств. Потом бремя доказывания могло перераспределяться, фактически облегчая положение кредитора.
Но этот подход нельзя применять автоматически во всех случаях, считает Александра. Если кредитор аффилирован с компанией или её участниками, необходимо учитывать эту связь и применять обычные правила доказывания по ст. 65 АПК, а не предоставлять истцу льготный стандарт без достаточных оснований.
Александра также подчеркнула, что суд должен исследовать добросовестность кредитора, его аффилированность с обществом и его участниками, действия кредитора в рамках исполнительного производства, предпринимал ли кредитор реальные меры для взыскания задолженности и мог ли он своими действиями способствовать сохранению финансовой устойчивости общества.
Определение ВС важно для корректировки судебной практики, поскольку число споров о субсидиарной ответственности вне банкротства существенно выросло, а существовавший подход создавал риски необоснованного привлечения ответчиков к ответственности.
Пётр Мацкевич согласился с Александрой и обратил внимание на другую сторону проблемы — использование механизма субсидиарной ответственности в корпоративных спорах. По его наблюдениям, бывают ситуации, когда один участник общества или аффилированное с ним лицо пытается взыскать долги компании с другого участника, фактически используя субсидиарную ответственность для разрешения внутреннего конфликта.
Но в деле Романа Сакулина ситуация была сложнее, чем просто наличие долга и руководителя, с которого можно взыскать деньги. Поведение обоих участников могло быть связано с прекращением нормальной деятельности компании. Один из участников вышел из общества, а затем кредитор попытался переложить последствия прекращения деятельности бизнеса на другое лицо и взыскать средства за счёт его личного имущества. Поэтому Пётр поддержал мнение о том, что льготный стандарт доказывания в подобных обстоятельствах неуместен.
Послушать выпуск полностью можно здесь.
Все предыдущие записи доступы по этой ссылке.