Комментарий Азата Ахметова, партнёра Orchards, для газеты КоммерсантЪ.
Верховный суд РФ определит, кто вернет деньги добросовестной покупательнице имущества банкрота, если оно оказалось под скрытым обременением. В этом деле ипотечная квартира обанкротившегося гражданина была продана с торгов. Но покупательница не смогла оформить на нее право собственности, так как жилье оказалось под арестом по уголовному делу. Суды расторгли сделку, но разошлись во мнениях о том, взыскать ли уплаченные за квартиру средства с банка, у которого квартира была в залоге по ипотечному договору, или с банкрота.
стория спора началась в сентябре 2022 года, когда Максима Тырсикова признали банкротом по инициативе банка РСХБ. Долг перед этим кредитором был обеспечен залогом московской квартиры господина Тырсикова. Финансовый управляющий с согласия РСХБ разработал положение о продаже квартиры и сам организовал торги. В марте 2023 года квартиру купила на аукционе Инна Пономарева, заплатив 7,8 млн руб. Основную часть суммы (6,8 млн руб.) получил банк как залоговый кредитор, остальное включили в конкурсную массу банкрота. Но оформить право собственности на себя покупательница не смогла: Росреестр приостановил регистрацию, так как квартира оказалась арестована по уголовному делу еще в 2020 году. Между тем ни в положении о продаже имущества, ни в описании лота, ни в самом договоре купли-продажи об уголовном аресте не было ни слова.
<…>
Партнер юрфирмы Orchards Азат Ахметов подтверждает, что существенные затруднения при снятии уголовного ареста еще остаются: «Устойчивой практики, при которой уголовные суды регулярно снимают арест полностью или частично именно по алгоритму КС, пока не сформировалось».
<…>
По мнению Азата Ахметова, с точки зрения фактического восстановления имущественного положения участников взыскание денег и с банка, и с гражданина-должника представляется более сбалансированным.
<…>
Кроме того, если возлагать ответственность полностью на должника, то негативные последствия неудачных торгов отразятся на оставшейся конкурсной массе и, следовательно, затронут интересы других кредиторов банкрота, отмечает господин Ахметов.